?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

"Einsam wachend"













В середине любовного дуэта 2-го действия вагнеровского «Тристана» – и в самой середине (хронометрически) всей этой музыкальной драмы – есть небольшой фрагмент, восхитительный по красоте (на мой взгляд, таки просто одно из самых красивых мест во всем этом произведении) и весьма необычный по своим жанровым особенностям: короткая песня Брангены Einsam wachend in der Nacht. В середине дуэта голоса Тристана и Изольды ненадолго смолкают, и издали слышен голос Брангены, которая во время их свидания стоит «на зубчатой стене» в дозоре. Текст этой песни таков:

Einsam wachend in der Nacht,

wem der Traum der Liebe lacht,

hab der Einen Ruf in acht,

die den Schläfern Schlimmes ahnt,

bange zum Erwachen mahnt.

Habet acht!

Habet acht!

Bald entweicht die Nacht.

Приблизительный перевод на русский:

Кому улыбается сон любви,

пусть внемлет призыву той,

что, одиноко бодрствуя в ночи,

предчувствует опасность для спящих,

робко о пробуждении напоминает.

Поостерегитесь!

Поостерегитесь!

Скоро истает ночь.

Вот как звучит этот фрагмент.

(Из записи «Тристана», осуществленной Гербертом Караяном в 1970-71 гг., Брангена – Криста Людвиг, Берлинский филармонический оркестр)

Для большей ясности: в контексте (с предшествующей частью дуэта) он звучит вот так.

(Из записи Карлоса Клайбера: Тристан – Рене Колло, Изольда – Маргарет Прайс, Брангена – Бригитта Фасбендер, 1980-82 гг. 9:02; 12,4 MB)

Исследователи не раз обращали внимание на то, что в основе этой песни Брангены – известный средневековый поэтический жанр, который в провансальской любовной лирике назывался alba (букв. «рассвет») или aubade («рассветная»), а у немецких миннезингеров – Tagelied или Tageweise (ср.-в.-нем. – tageliet и tagewise, соответственно: букв. «песня дня», «напев дня»). Главная особенность этого жанра состоит в том, что действие происходит во время любовного свидания, когда ночь близится к концу и сам факт приближения рассвета и скорого наступления дня доставляет влюбленным мучения, а иногда и вызывает у них гнев. Зачастую в произведениях этого жанра подчеркивается, что с рассветом возрастает риск засветитьсябыть застигнутыми. Помимо самих влюбленных, довольно постоянным персонажем рассветных песен оказывается т.н. страж (ср.-в.-нем. wahter): это некто (обычно друг и наперсник героя, хотя бывает, что и наемник), кому поручено во время свидания стоять на стрёмев дозоре. Иногда всё стихотворение представляет собой монолог такого стража, который не жалеет красноречия, чтобы убедить героев в необходимости закругляться (как, напр., в этой известной альбе Гираута де Борнейля; на той же странице можно прочитать и другие образцы этого жанра). В иных же случаях он подает лишь отдельные реплики подобного же содержания.

Но есть у песни Брангены и другое сходство, упоминания о котором мне пока нигде не попадались в литературе о Вагнере, хотя мне даже не верится, чтобы за 150 лет этого никто, кроме меня, не заметил. Впрочем, я не могу похвастаться тем, что хотя бы просмотрел всё то море научных исследований, предметом которых стал вагнеровский «Тристан», так что допускаю с большой долей вероятности, что кто-то уже обращал внимание на некоторые параллели Einsam wachend in der Nacht с колыбельными.

По музыкальным своим характеристикам этот фрагмент вполне мог бы сойти за колыбельную.

А по характеру поэтического текста?

Einsam wachend in der Nacht,

wem der Traum der Liebe lacht…

Поэтический размер – по крайней мере у нас, русских, – в колыбельных используемый по преимуществу:

Баю, баюшки, баю,

не ложися на краю…

или –

Котя, котенька, коток,

котя, серенький лобок,

приди, котя, ночевать,

нашу деточку качать…

или –

Ой, качи, качи, качи,

прилетели к нам грачи…

Неудивительно, что из авторских русских колыбельных многие тоже тяготеют к этому размеру:

Спи, дитя мое, усни!

Сладкий сон к себе мани:

В няньки я тебе взяла

Ветер, солнце и орла…

(А. Майков)

или –

Легкий ветер присмирел,

Вечер бледный догорел,

С неба звездные огни

Говорят тебе: "Усни!"

(К. Бальмонт)

или –

Спят луга, спят леса,

Пала свежая роса.

В небе звездочки горят,

В речке струйки говорят,

К нам в окно луна глядит,

Малым деткам спать велит.

(А. Блок)

Или –

Спать пора! Уснул бычок,

Лег в коробку на бочок…

(А. Барто)

Но так ли обстоит дело со стихотворными размерами немецких колыбельных?

Я сразу же обратил внимание на две очень известных:

Müde bin ich, geh' zur Ruh',

Schließe beide Äuglein zu…

и:

Alles still in süßer Ruh,

Drum mein Kind, so schlaf auch du…

Правда, на поверку обе оказались авторскими. И тексты обеих написаны старшими современниками Вагнера: автор первой – Луиза Гензель, второй – Август Генрих Гофман фон Фаллерслебен (он же – автор слов небезызвестной Песни немцев, третий куплет которой по сей день является государственным гимном Германии). Но и среди чисто фольклорных колыбельных много тем же размером:

Eijen beijen bisch bisch bisch

morgen eß mer Fisch Fisch Fisch…

Eia beia,Wiegenstroh,

schläft mein Kind, so bin ich froh…

И другие. Еще больше таких, которые этим размером начинаются, а продолжаются каким-то другим.

Примечательно вот еще что. В колыбельных нередко указывается на опасность для того, кто не заснет (серенький волчок и т.п.). Здесь же, в песне Брангены, всё наоборот: опасность для тех, кто дремлет.

То есть мы имеем дело со своего рода колыбельной наоборот. Если в колыбельных «спать пора», то здесь (не вербально, но по сути) – «спать нельзя». Если в колыбельных «баю-бай», то здесь «habet acht!».
___________________________________
* UPD: См. также небольшое уточняющее дополнение.

И еще в колыбельных нередко упоминается некий смотритель, соглядатай, отслеживающий, кто еще не спит. А здесь – это сама стоящая в дозоре («соглядатай в ночи» был упомянут ранее, когда она пыталась отговорить Изольду тушить факел), и ее задача – отследить, кто еще спит. То есть опять все традиционные функции навыворот.

* * *

Еще немного про музыку, про оркестр. Сложность и утонченность партитуры достигает в этом месте высшего проявления. И особенно в струнной группе. Весь пассаж пронизан, пересыпан переливами арфы, но всё же самое интересное происходит у смычковых.

Сперва – начиная со 2-й фразы этой песни – от группы первых скрипок отделяется пара солирующих, но звучащих друг с другом в унисон, которые начинают вести свою мелодию. Через 2 такта вступает уже из группы вторых скрипок пара солирующих, тоже между собою звучащих в унисон, со своей мелодией, при том что две первых продолжают вести свою. Проходит четыре такта, и вступают еще 2 солирующих вторых скрипки, со своей мелодией, сплетаясь со всеми, уже звучащими. А потом еще две первых – они сперва в октаву поддерживают мелодию двух других, но потом расходятся – каждая пара в своем направлении. Две пары вторых скрипок тоже мелодически смыкаются ненадолго между собой, но потом снова разбегаются в разных направлениях. И вот вступает солирующий альт (теперь уже ни с каким другим не сдвоенный, а солирующий в полном смысле, один). Все те, другие голоса продолжают тем временем свое плетение. А затем появляется и солирующая виолончель. А еще через пару тактов – высоко-высоко – вступает со своей нисходящей мелодией еще одна солирующая первая скрипка, переплетаясь с голосами других солирующих и сдвоенных струнных. И вот солирующие скрипки уже сливаются с остальными звучащими в оркестре, а затем и солирующий альт вливается в звучание других альтов. (Я оставил без внимания несколько появлений в это же время солирующих деревянных, которые тоже кое-что дополняют к этому узору, пусть и не так заметно, как струнные).

Кстати, прямо перед этим фрагментом звучали такие слова Тристана и Изольды: «ткань [Weben] высочайшего блаженства, жизнь священнейшей любви».

Предлагаю вашему вниманию еще несколько его исполнений, выбранных мною именно по качеству звучания оркестра. Я не хочу сказать, что единственной задачей исполнительницы партии Брангены в этом пассаже является «не навредить оркестру», но это, бесспорно, тут немаловажно. Обращаю особое внимание на исполнение Бернстайна, который берет темп примерно в полтора раза медленнее, чем большинство других в этом месте, зато ему удается всю текстуру ткани показать так, как мало кому другому.

Итак:

Ивонна Минтон с Оркестром Баварского радио, дирижирует Леонард Бернстайн (из записи его полного «Тристана» 1981-83 гг.).

Миоко Фудзимура с оркестром Люцернского фестиваля, дирижирует Клаудио Аббадо (из концертного исполнения 2-го акта на Люцернском фестивале 2004 г.).

Мишель ДеЯнг с оркестром Ла Скала, дирижирует Даниэль Баренбойм (из спектакля Ла Скала 2007 г.).

Comments

( 13 comments — Leave a comment )
sangria_s
Nov. 13th, 2009 06:00 am (UTC)
Очень интересно. А может, Брангена сама шифруется - делает вид, что поет колыбельную?
piotr_sakharov
Nov. 13th, 2009 09:34 am (UTC)
А может.
jacopone_da
Nov. 13th, 2009 06:18 am (UTC)
А у Вагнера Брангена вынуждена была переспать с Марком?
piotr_sakharov
Nov. 13th, 2009 09:34 am (UTC)
Нет. Даже намека никакого нет.
jacopone_da
Nov. 13th, 2009 11:06 am (UTC)
Я смотрю, он основательно обрезал легенду: ни собачки, ни линии Брангены, отшельник-то хоть есть? А меч между спящими? А обломок меча Тристана упоминается? А Изольда Белорукая?
piotr_sakharov
Nov. 13th, 2009 11:17 am (UTC)
Версий легенды даже в Средние века было очень много, и отличий между ними полно. Тем более, реконструкция Бедье - не более чем реконструкция одной из возможных версий.

Вагнер не просто что-то обрезал. Он написал свою драму - просто я бы сказал "по мотивам". За основу мотивов бралась версия Готфрида Страсбургского (сильно отличная, между прочим, от бедьёвой).

Обломок упоминается. Меча между спящими не было. Отшельника нет. Белорукой тоже нет.

А что Вы меня то и дело спрашиваете про сюжет? Я же Вам давал ссылку на полное либретто. Прочтите - это займет у Вас отсилы часа три.



jacopone_da
Nov. 13th, 2009 11:30 am (UTC)
Простите, пожалуйста. Лишних трех часов у компьютера, боюсь, у меня в обозримом будущем не будет((( Больше не буду мучить вопросами, это, скорее, я для себя пытаюсь что-то сформулировать.
piotr_sakharov
Nov. 13th, 2009 11:44 am (UTC)
Ну, когда часы снова появятся и захотите немного отдохнуть от теологии освобождения и проблем женского священства, то почитайте: оно того стОит.
jacopone_da
Nov. 13th, 2009 11:08 am (UTC)
Да, и еще: Луиза Гензель, автор одной из колыбельных, - это та, в которую был ужасно влюблен Клеменс Брентано?
piotr_sakharov
Nov. 13th, 2009 11:17 am (UTC)
Она.
triglochin
Nov. 15th, 2009 07:44 pm (UTC)
Очень интересные замечания
по звучанию и правда похоже на колыбельную
callinica
Aug. 4th, 2010 01:01 pm (UTC)
Одна из любимейших моих арий, при том, что Вагнер других опер мне скорее чужд.
Спасибо, что дали ссылку - очень интересные наблюдения.
piotr_sakharov
Aug. 4th, 2010 01:55 pm (UTC)
Рад стараться.
( 13 comments — Leave a comment )

Profile

osculetur
piotr_sakharov
Петр Сахаров

Latest Month

December 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow