?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

(ко дню святой Цецилии)

Поздравляю с праздником св. Цецилии всех, кому она покровительствует.

Когда-то я собирался сделать докладец с очень претенциозным названием на одной международной конференции, но по некоторым причинам сделан он так и не был. Тезисный набросок этого доклада лежит с тех пор и пылится. А чего ему пылиться? Неизвестно, когда у меня появится возможность опубликовать его в каком-то приличном издании. Вот я и решил выложить его здесь.



Литургия и эстетика

Предметом предлагаемых тезисов является эстетическое измерение богослужения и христианского культа в целом. Речь будет идти о красоте в их контексте и, шире, о их эстетическом (воз)действии. Хотя есть основания предполагать, что сам факт ритуала (даже если он совсем не содержит художественных элементов) многими воспринимается как событие эстетическое, основным предметом рассмотрения будет эстетическое воздействие искусств в контексте культа. Под «искусствами» понимаются все виды человеческого творчества, которые предполагают эстетическое воздействие: музыка, поэзия, повествование, изобразительные искусства, декоративные и прикладные искусства, архитектура, постановка света, режиссура церемоний, флоральный дизайн и т.п.

1. В Писании

1.1. В Ветхом Завете есть много указаний на красоту совершения культа.

Основная функция ветхозаветного культа – восхваление славы Божией, предстояние перед ней, но также и свидетельство о ней. Примечательно, что древнееврейское слово для обозначения славы – כְבוֹד [кевод] – исходно означает «избыток» и даже конкретнее «избыточный вес» (но без каких-то негативных коннотаций): библейское понятие славы всегда ассоциируется с избытком.

Восхвалению славы Божией могут служить различные эстетические средства. Так, в книге Исхода при устроении скинии (Исх 35-39) звучит призыв к ремесленникам проявить максимум художественного мастерства; «...И исполнил его Духом Божиим, мудростью, разумением, видением и всяким искусством, составлять искусные ткани, работать из золота, серебра и меди, и резать камни для вставливания, и резать дерево, и делать всякую художественную работу...» (Исх 35:31-33). Свидетельство о славе Божией и ее восхваление облекаются в поэтическую форму и музыкальную форму; ее возвеличению могут служить различные музыкальные инструменты (ср. Пс 150 и др.); ликование о ней может выражаться даже посредством танца (Исх 15:20; 2 Цар 6:14).

В ветхозаветном Израиле поэтическое и музыкальное оформление приобретает и молитва к Богу.

Речи пророков в Ветхом Завете, как правило, тоже поэтически оформлены (с одной стороны – для лучшего воздействия, с другой – это способствует запоминанию); нередко содержат различные литературные приемы (напр., использование притч).

Ветхозаветная гимнография, передаваемая посредством пения, является важным средством передачи истин веры от поколению к поколению, чему определенно способствуют ее поэтическое и музыкальное оформление.

1.2. В Новом Завете ничего не говорится о красоте совершения культа христианами. Тем не менее, Христос и апостолы продолжают участвовать ветхозаветном культе, сохраняя его традиции, что позволяет предположить сохранение в их среде его эстетических сторон (хотя бы в какой-то мере). Помимо ветхозаветной гимнографии, используются и новые гимнографические тексты, отчетливо христианского содержания, запечатленные в некоторых новозаветных книгах.

В своей проповеди Христос прибегает к поэтической речи, пользуясь некоторыми литературными приемами.

Гимнографические тексты (включая новые их образцы), вероятно, по-прежнему рассматриваются как одно из средств сохранения и передачи залога веры; ср.: «назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу» (Еф 5:19).

1.3. Парадокс славы Христовой

В проповеди Христа почти ничего не говорится о красоте. Единственное использование Им слова «красивый» появляется в негативном контексте, когда речь идет об обманчивом характере внешней красоты (Мф 23:27). То место, которое нередко трактуется (м.б., отчасти справедливо) как говорящее о красоте – когда Иисус говорит о лилиях (Мф 6:28-29), в действительности не о красоте, а о славе.

Вместе с тем вершиной славы Иисуса оказывается Его наибольшее умаление. Кенозис (Божественное истощание) становится высшим проявлением кевода (избытка), и в этом парадокс. Виселица креста, мучения, смерть – безобразны, не имеют ничего общего с нормальными представлениями о красоте. И христианскому культу предстоит в дальнейшем искать пути эстетического осмысления этого парадокса.

2. В истории Церкви

2.1. Противоположные тенденции

В течение всей истории Церкви можно наблюдать – в разные периоды в различной степени – присутствие двух пар противоположных и зачастую противоборствующих тенденций в подходах к культу и его эстетическим характеристикам.

2.1.1. Одна пара тенденций в какой-то мере соотносится с оппозицией избыток vs кенозис:

1) стремление наделять культ торжественностью и пышностью (наиболее явственно – когда христианство оказывается под покровительством государственной власти, особенно – в политических центрах, а также в местах паломничеств);

2) стремление к аскетизму культа (иногда до почти полного исключения из него чего бы то ни было эстетического).

2.1.2. Другие две противоборствующие тенденции в подходах к эстетическим сторонам культа:

1) стремление обильно заимствовать достижения светской художественной культуры в христианский культ;

2) стремление к тому, чтобы литургические искусства (и, шире, художественная культура Церкви) как можно меньше напоминали светские.

Вполне понятно желание того, чтобы в богослужении верующий встречал нечто отличное от мирского/повседневного. Впрочем, на поверку оказывается, что практически всё, что Церковь считает сугубо своим, не имеющим отношения к профанному, не пришло в нее с неба, а имеет всё-таки светское происхождение (будь то стили, техники, образцы и т.п.).

2.2. В ходе истории Церкви появляются и развиваются некоторые специфические функции искусств.

2.2.1. Некоторые из искусств играют важную катехетическую роль, способствуют религиозному просвещению народа, что было особенно ценно в условиях преобладающей безграмотности, равно как и малой доступности книг для грамотных. В этом особое место приобретают визуальные искусства – прежде всего, изобразительные (особенно на Западе).

Существенную роль у некоторых народов (в частн., у германских и славянских) начинает играть религиозная песенная культура, которая больше присутствует в паралитургических практиках, но проникает и в литургию Церкви. Хорошая запоминаемость стихотворных текстов на живых языках, поющихся на относительно легкие мелодии, позволяет сохранять живую веру, но также может способствовать распространению новых идей (как показывают примеры Предреформации и Реформации).

Есть известная шутка, что лучший способ распространить какую-нибудь ересь – положить ее на музыку в виде песни.

2.2.1.1. Со временем культ может приобретать и миссионерскую роль.

Так, в легенде о поиске веры князем Владимиром ключевым событием, решившим проблему в пользу выбора византийского христианства, было то потрясение, которое испытали послы князя, оказавшись на богослужении в св. Софии («Мы не знали, на небе мы или на земле»). Хотя этот сюжет скорей всего является агиографическим вымыслом, он по смыслу своему вполне правдоподобен. Так или иначе, в Новейшее время известны многие случаи в разных странах, когда для людей, воспитанных во внерелигиозной среде, первым импульсом прихода в Церковь оказывается красота богослужения. Подобную миссионерскую ситуацию трудно представить себе в эпоху первых поколений христиан.

2.2.2. Культ как восполнение эстетического дефицита.

Вплоть до сравнительно недавнего времени основная масса населения не имела стольких возможностей культурного досуга, сколько имеет в современной цивилизации. В традиционных обществах богослужение восполняло для большинства населения дефицит культурного досуга. В храме (даже бедном) было больше красоты и света, чем в повседневном быту. С особой силой эту функцию выполняли богослужения и паралитургические обряды в дни общецерковных и местных праздников (не в последнюю очередь – в местах паломничества).

2.2.3. Эстетические особенности богослужения оказывали верующему помощь в переживании особых моментов или периодов календаря. Не в последнюю очередь благодаря особенностям художественного оформления литургии человек мог ощутить праздник как праздник (различие праздничных и простых тонов распева, особый характер облачений и декора храма, использования света и т.п.). По-своему изменялось оформление богослужений и в дни постов и в иные особые дни календаря (напр., воспоминание Страстей Христовых, дни поминовения усопших и др.).

3. В официальных документах Католической Церкви

Первые попытки более или менее систематически осмыслить эстетические аспекты культа на уровне официальных документов не появляются в КЦ ранее XX в. В документах новейшего времени можно выделить следующее.

3.1. Об аспектах эстетического (воз)действия литургической музыки

Конституция II Ватиканского собора «О священной Литургии» Sacrosanctum Concilium (далее – SC), рассматривая munus ministeriale (служебную функцию) сакральной музыки, говорит о трех аспектах эстетического (воз)действия литургической музыки (SC 112):

«…Священная музыка будет тем более свята, чем теснее будет она связана с богослужебным действом: либо сладостнее выражая собою молитву, либо содействуя единодушию, либо обогащая священные обряды большей торжественностью».

Итак, музыка в богослужении (по мере того, насколько тесно она связана со священнодействием):

1) способствует молитве своей красотой (*suavitas), «сладостнее» («suavius») ее выражая: в данном случае прилагательное «suavis» можно понимать именно как «красивый»);

2) содействует единодушию (unanimitas);

3) придает обрядам бóльшую торжественность (sollemnitas).

3.2. О функции и предназначении визуальных искусств

Та же Конституция, рассуждая о священном искусстве, говорит о функции и предназначении визуальных искусств в церковном культе (SC 122):

«…По природе своей оно (=священное искусство) обращено к бесконечной Божественной красоте, которая должна тем или иным образом найти свое выражение в человеческих произведениях искусства, и они тем более посвящаются Богу, равно как и Его восхвалению и прославлению, что у них единственное предназначение: в высшей степени содействовать благочестивому обращению человеческих душ к Богу».

Итак, единственное предназначение священного искусства содействовать благочестивому обращению человеческих душ к Богу».

В том же модусе ниже говорится и о цели декоративного искусства в контексте оформления священной утвари:

«достойно и благообразно служить благолепию богопочитания» [«digne et pulchre cultus decori inserviret»].

3.3. Принцип «благородной простоты»

Отцы Собора сформулировали также важный общий эстетический принцип, который должен доминировать в подходе к эстетической стороне культа (SC 34):

«Обряды пусть блистают благородной простотой…» [«Ritus nobili simplicitate fulgeant…»]

В Конституции не дается толкования слова «nobilis», но есть основания предполагать, что «благородный» – значит «благого происхождения»: т.е. художественные средства (стилистические и т.п.) должны иметь признанное эстетическое достоинство*.

(*) Ср. этимологию. Латинское слово nobilis этимологически восходит к глаголу nosco («знать») и исходно означает «знаемый» («знатный»). Греческий эквивалент εγενής буквально означает «благого рождения», «благого происхождения» (калька в старославянском и русском – «благородный»). Аналогично во многих славянских языках слова со значением «благородный» являются производными от слов, означающих рождение или же род, племя, семью, клан; ср.: чешское urozený, словацкое urodzený; хорватское plemenit (польское szlachetny, чешское ušlechtilý, словацкое ušľachtilý представляют собой производные от средневерхненемецкого slahta – «семья»).

Слово «nobilis» использовано в той же Конституции применительно к богослужению с торжественным пением и участием народа:

«Литургическое действо принимает более благородную форму, когда богослужение совершается с торжественным пением, с предстоянием священнослужителей и при деятельном участии народа» (SC 113).

В ней же изящные искусства причислены «благороднейшим занятиям человеческого духа» [«nobilissimas ingenii humani exercitationes»], а «услуги» [«ministerium»] изящных искусств Церкви названы «благородными» [«nobile»] (SC 122); Отцы Собора призывают местные церковные власти стремиться в устроении священного искусства, облачений и утвари «скорее к благородной красоте, а не к одной только пышности» [«potius nobilem intendant pulchritudinem quam meram sumptuositatem»] (SC 124).

Однако не всякая видимость простоты может по праву толковаться как проявление «благородной простоты» (см. след. пункт).

3.4. Эстетические недостатки оскорбляют религиозное чувство

Перечисляя те свойства предметов искусств, которые делают их неуместными в священных местах, Конституция называет и свойства эстетического порядка (SC 124):

«Пусть епископы позаботятся о том, чтобы во храмы Божии и в другие священные места не допускались те художественные произведения, которые противоречат христианской вере, нравам и благочестию и оскорбляют истинно религиозное чувство – будь то извращенной формой, будь то недостатком мастерства, посредственностью или явным подражанием» .

Т.е. «извращенная форма» [formarum depravatio], «недостаток мастерства» [artis insufficientia], «посредственность» [mediocritas] или «явное подражание» [simulatio], по суждению Отцов Собора, способны «оскорблять истинное религиозное чувство» [«offendantque sensum vere religiosum»].

3.4. Принцип «универсальности» как эстетический идеал

Принцип универсальности был введен еще Пием X и настойчиво повторен Иоанном Павлом II столетием позже. Пий X в Motu proprio «Tra le sollicitudini» (22.11.1903) сформулировал его так:

«…Каждому народу позволительно вводить в свои церковные сочинения те особые формы, которые определенным образом составляют характерные особенности свойственной ему музыки, однако эти формы надлежит подчинять общим особенностям церковной музыки таким образом, чтобы ни на один другой народ, который их услышит, они не произвели никакого иного впечатления, кроме благого».

Иоанн Павел II в Хирографе по случаю столетия Motu proprio «Tra le sollicitudini» (22.11.2003) указал на важность этого принципа в контексте проблем адаптации и инкультурации в сфере церковной музыки (Хирограф, 6).


(окончание следует)





............

Profile

osculetur
piotr_sakharov
Петр Сахаров

Latest Month

May 2018
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow